12. ДРАГОЦЕННОЕ ТЕЛО

Книги / Третья стихия / 12. ДРАГОЦЕННОЕ ТЕЛО

Страница 19

Обе его руки протянулись над столом, одна подхватила бутылку, вторая – тарелку с каким‑то горячим блюдом, и унесли их куда‑то в глубины его разрозненного организма. Михаил запасаться не стал, поскольку голода пока не испытывал, да и не имелось у него таких карманов, куда можно было бы спрятать целую тарелку без ущерба для ее содержимого.

В зале управления они с Болом оказались одновременно. Остальные были уже тут. Карриган пребывал на своем прежнем месте: не исключено, что он так и просидел здесь все время, глядя на последнее кольцо дороги лангов в размышлениях о тщете всего сущего. Илли занимала соседнее с ним кресло.

Петр и Рейчел расположились по другую его руку, на спинках их кресел висело оружие – те самые причудливые лазерники из реальности третьего рода. Михаил едва скользнул по ним взглядом – состояние его в данную минуту было в самый раз для семейного скандала, вряд ли сейчас уместного. Он занял свободное кресло рядом с Илли. Бол усилием творческой мысли соорудил себе с того же края еще одно кресло. Карриган оглядел всех и обратился к Илли:

– Приступай.

Они замерли, уставясь в космическое пространство в ожидании радикальных перемен. С минуту ничего не происходило, и эта минута, как водится, показалась Михаилу более продолжительным отрезком времени, чем весь срок их пребывания на корабле. «Снизошла бы хоть до сообщения, куда собирается лететь, – думал он, чувствуя, что от напряженного вглядывания звезды начинают колоть глаза. – Как‑никак, нам в ту же сторону». Висящее в пустоте древнее кольцо почему‑то напомнило ему чеку чудовищной гранаты, укрытую в безмерных пространствах надежнее, чем в любых секретных бункерах. Миллионы, миллиарды лет висит эта чека на одном месте и ждет своего часа – когда придет кто‑то, знающий заветный код, состоящий из ее точных координат. Придет и дернет. И тогда…

Пространство впереди внезапно вспыхнуло белым и голубым. Михаил прижался к спинке в суеверном ужасе бедового пророка: «Накаркал! » Потом подался вперед. Лишь спустя пару секунд он понял, что оказался свидетелем не апокалиптического взрыва Вселенной. Просто чернота космоса сменилась мгновенно и очень резко обычным белым днем какой‑то планеты, причем день этот, как выяснилось при окончательном наведении в глазах резкости, был даже не из самых солнечных. Но белым он являлся в прямом смысле, потому что там, где корабль вышел из… прыжка? Михаил понятия не имел, как именуется такой прогрессивный способ космоплавания. Но тем не менее: земля, расстилавшаяся под ними, была покрыта снегом, и там росли деревья. Много деревьев – целый лес: что‑то очень похожее на елки, елки и еще раз елки. И так до самого горизонта.

– Если я не ошибаюсь, планета Дьюгарь. Родина лангов, – просветил Карриган всех несведущих.

– Брошенная планета, – невозмутимо уточнил Петр. Хмель с него, кстати сказать, словно рукой сняло.

Илли обернулась вопросительно к Карригану:

– И что теперь?

– Насколько я понял, ты захотела побывать на планете лангов. И еще ты хотела чего‑то чистого до абсолютной белизны. Прошу прощения за такие сугубо личные подробности. Надеюсь, что это все – таки не полюс. Для начала попробуем здесь просто осмотреться.

Михаил решил, что он имеет в виду осмотр окрестностей – разведку, сбор информации, ну и все такое. Но тот, помолчав несколько секунд, сообщил:

– По информации корабля, разумной жизни под нами в радиусе пяти километров нет. На юго‑западе имеются древние постройки. Там с большой вероятностью теплится разумная жизнь. Значит, двигаемся на юго‑запад.

Не успел он договорить, как корабль уже воспринял приказ: лежащая перед ними зимняя панорама, накренясь, поехала в сторону, потом выровнялась и понеслась стремительно навстречу: корабль взял курс на юго‑запад. Из‑за горизонта бескрайним одеялом выплывал все тот же заснеженный лес. Вскоре прямо по курсу в воздухе образовалось золотое облако нечетких очертаний. Огибать это атмосферное явление Карриган, по всей видимости, не собирался, так что в конце концов они в него врезались и пролетели насквозь. По экрану забарабанил как будто бы крупный град.