Глава XIII

Книги / Бушующая стихия / Глава XIII

Страница 5

– Ты сам сказал, что они могут остаться до тех пор, пока не почувствуют себя лучше! – напомнила она. – Неужели ты изменил свое решение из‑за какого‑то сна?!

– Прежде слова Пестролистой всегда оказывались правдой! – возразил Огнегрив. – Я не могу рисковать. Несколько мгновений Пепелюшка молча смотрела на него, потом сказала:

– Позволь мне поговорить с ними.

– Хорошо, но только сделай это завтра же! – кивнул Огнегрив.

Пепелюшка опустила подбородок на передние лапки.

– Я скажу им, – пообещала она. – Но что, если твой сон – никакой не вещий? Если верить нашим гостям, племя Теней поражено болезнью. Выгоняя Перышко и Белогрудого, ты посылаешь их на верную смерть.

От ее слов у Огнегрива перехватило дыхание, но он знал, что обязан прежде всего заботиться о собственном племени.

– Я не могу не слушаться Пестролистую, – выдавил он и замолчал, задохнувшись от горечи. Запах папоротников оживил воспоминания о погибшей целительнице, сейчас он чувствовал ее присутствие гораздо острее, чем в то время, когда она жила и работала на этой поляне.

– Ты говоришь о ней так, словно она все еще жива, – проговорила Пепелюшка, устало закрывая глаза. – Почему ты не можешь с миром отпустить ее в Звездное племя? Я знаю, она очень много значила для тебя, но вспомни, что сказала мне Щербатая, когда я никак не могла справиться с тоской по Серебрянке? Направь свои силы на сегодняшний день и перестань грустить о прошлом!

– Кому какое дело до моей тоски по Пестролистой?! – рассердился Огнегрив. – Какой может быть вред в том, что я не хочу забывать ее!

– А такой, что пока ты грезишь о ней, ты не замечаешь никого вокруг! Оглянись, Огнегрив, и совсем рядом с собой ты увидишь не звездную воительницу, а живую кошку, на которую тебе давным‑давно пора бы обратить внимание!

– О ком это ты? – захлопал глазами Огнегрив.

– А ты и не догадываешься?

– О ком?!

Пепелюшка открыла глаза и подняла голову.

– Огнегрив! Каждый котенок в племени знает о том, что Песчаная Буря без памяти влюблена в тебя! – При этих словах Огнегрива бросило в жар, он раскрыл рот, чтобы заспорить, но Пепелюшка не дала ему и слова вставить: – А теперь убирайся и дай мне отдохнуть! – сонно пробормотала она, опуская подбородок на лапки. – Обещаю, что завтра же велю Перышку и Белогрудому покинуть нашу территорию.

С этими словами она закрыла глаза, и не успел Огнегрив дойти до выхода из папоротников, как в громкий храп Щербатой снова вплелось сладкое посапывание Пепелюшки.

В смятении Огнегрив выбрался на поляну. Он, разумеется, знал, что Песчаная Буря с недавних пор резко переменила свое отношение к нему, что на смену былой враждебности и презрению пришло искреннее уважение и привязанность… Но ему и в голову не приходило, что золотистая кошечка может испытывать к нему нечто гораздо большее, чем просто дружбу!

В следующий миг Огнегрив вспомнил, какой нежностью светились зеленые глаза Песчаной Бури, когда она вылизывала его ободранные лапы, и шерсть у него на спине зашевелилась от какого‑то щемящего, неведомого прежде чувства.