17

Книги / Зов смерча / 17

Страница 1

В бедро вонзилась еще одна игла. Сознание возвращалось. Просыпавшиеся нервы заходились от боли. Тело словно груда битого стекла. Во рту пересохло, запекшиеся губы и язык не слушаются. Какой‑то шум. Похоже на гудение вентилятора. Стюарт открыл глаза.

В конце темного туннеля просыпающегося сознания проступило женское лицо со светло‑соломенными волосами. Ее глаза, не отрываясь, смотрели на Стюарта. Под левым глазом сияет имплантированная россыпь звездочек – мелких драгоценных камней. Кто это? Он где‑то видел уже это лицо. Наконец Стюарт узнал.

– Ванда, – прошептал он непослушными губами.

– Стюарт. – Лицо осветилось улыбкой. – Вот. Выпей воды, тебе станет лучше.

Она вставила ему в рот мундштук баллончика. Стюарт с жадностью втянул в себя влагу. Казалось, по телу скачут какие‑то насекомые, вонзая в кожу острые жала. Стюарт дернулся в надежде хоть немного успокоить зуд. И осознал, что не может двигаться.

От воды ему полегчало. Сознание постепенно прояснялось. Темные вихри рассеивались. Стюарт понял, что лежит на твердом столе, видимо, металлическом, крепко привязанный, прижатый к столу натянутой простыней. По крайней мере крови не видно, равнодушно отметил он. К голове были прикреплены электроды, в разъем на затылке вставлен кабель. С чем соединен этот кабель, Стюарт разглядеть не смог. За Вандой в сумраке смутно маячили какие‑то силуэты. Постепенно Стюарт узнал Курзона. Рядом с ним стояли хрупкая женщина в униформе и человек в белом халате со стетоскопом на шее. Неподалеку на столике аккуратно сложена одежда Стюарта.

Болела раненая рука, весь правый бок, почки. Стюарт перевел взгляд на Ванду.

– Жаль, что я впутал тебя в эту историю, – сказал он.

– Меня позвали сюда только для того, чтобы помочь опросить тебя, – ответила Ванда. – Потому что я знаю тебя.

Стюарт заметил, что на ней форменная куртка с топографическим значком, пристегнутым к воротнику. На значке надпись: «Спецотдел».

– Ты работаешь на Курзона? – хрипло спросил Стюарт.

– Давно уже. – Это Ванда произнесла как само собой разумеющееся. – Я работаю в службе безопасности завода.

Стюарт попытался улыбнуться. Но из‑за вспыхнувшей в боку боли перехватило дыхание. В глазах Ванды мелькнуло сочувствие.

– «Опросить»? – спросил он. – Правильнее было бы сказать «допросить».

– Как тебе больше нравится.

Ванда встала. Вспыхнули мощные прожекторы. Стюарт отвернул голову от слепящего света. Послышались приближающиеся шаги.

– Стюарт, – произнес мужской голос, мягкий и равнодушный, с едва заметным акцентом. По‑видимому, голос Курзона. – Мы хотим узнать правду.

– Раздавите гадину! – ответил по‑французски Стюарт девизом банды «Уток». – Этого достаточно?

Последовало недолгое молчание.

– Стюарт, – продолжил Курзон. – Мы все равно узнаем правду. У нас есть наркотики, есть и другие методы воздействия. Но главное, у нас есть время. И мы выясним все, что нам нужно. – Курзон откашлялся. Интонации его не предвещали ничего хорошего. – Ты уже приговорен. Три человека, присутствующие в этой комнате, уполномочены осуществить функции чрезвычайного трибунала. И мы вынесли тебе приговор. Теперь осталось лишь оформить наше решение на бумаге. – Курзон еще раз прокашлялся, более зловеще. – К сожалению, без бумажной волокиты не обойтись.